Гибель легионов Котты

Ранняя зима 54 г. до н. э.: обычный влажный, пасмурный ноябрьский день в восточной Бельгии. В римском военном лагере, расположенном на месте современного Тонгерена, близ того места, где теперь сходятся границы Бельгии, Голландии и Германии, в самом разгаре военный совет. Полный легион — десять когорт численностью в пятьсот пеших воинов — и пять дополнительных когорт расположились на зимних квартирах здесь, к западу от Рейна, на территории небольшого германоязычного племени эбуронов. По окончании каждой военной кампании Юлий Цезарь прибегал к стандартной практике размещения своих легионов в различных местах в укрепленных лагерях. Легионеры строили их сами по стандартному образцу: ров, вал, укрепления, снаружи — четыре башни, внутри — казармы. Протяженность стен определялась старинной формулой: умноженный на двести квадратный корень числа когорт, которые должен вместить лагерь (в римской армии всё просчитано до мелочей). Покоренные племена, жившие в непосредственной близости, обязаны были снабжать войска в течение зимы, пока не вырастала трава для вьючных животных, после чего можно было начинать новую кампанию.

Поначалу все шло хорошо. Римлян привели к месту, где предстояло возвести укрепления, два царя эбуронов, Амбиориг и более старый Катуволк. Лагерь построили в срок, и эбуроны начали поставлять припасы. Однако спустя три недели положение стало меняться к худшему. Повсюду раздавались призывы к восстанию, и группа эбуронов, воодушевляемых Индутиомаром, вождем куда более многочисленного племени треверов (они жили по соседству в долине Мозеля), устроила засаду небольшому отряду римских фуражиров и уничтожила его. Затем они атаковали римские укрепления, но вскоре отступили под градом метательных снарядов. Боевой дух воинов в римском лагере неожиданно начал падать, и положение в нем быстро ухудшалось. Амбиориг и Катуволк начали переговоры и заявили, что за нападение ответственна кучка сорвиголов, тогда как сам Амбиориг изображал себя преданным Риму союзником. Он говорил, что вот-вот начнется большое восстание и что крупный отряд германских наемников собирается вступить в Галлию с восточного берега Рейна. Ему не пристало говорить, что делать римским военачальникам, но, указал Амбиориг, если они хотят сосредоточить свои силы для отражения атак, он гарантирует им свободный проход к одному из двух других легионных лагерей, находящихся в 80 километрах отсюда, один — к юго-востоку, другой — к юго-западу.

Дело пошло так удачно, как если бы сценарий происходящего составлял сам Амбиориг. Римскими силами командовали два легата, Квинт Титурий Сабин и Луций Аврелий Котта. Военный совет, проведенный ими, был долгим и жарким. Котта и некоторые из старших командиров считали, что нужно оставаться на месте. Продовольствие у них есть, лагерь хорошо укреплен, Цезарь пришлет подкрепления, как только услышит о восстании галлов, а известно, с какой скоростью распространяются по Галлии слухи. Сабин, напротив, доказывал, что галлы не посмели бы восстать, если бы Цезарь не находился уже в Италии. Лишь боги ведают, когда к нему придут вести о восстании, и легионы, рассеянные на удаленных друг от друга зимних квартирах, окажутся перед угрозой уничтожения по частям. Таким образом, Сабин считал, что предложение о свободном проходе через земли эбуронов надо принять. Посему не следует терять времени. Для него также имело большое значение то обстоятельство, что в лагере находился наименее опытный из Цезаревых легионов, набранный лишь предшествующей весной и использовавшийся в сражениях последней кампании только для охраны обоза. Совет продолжался, стали накаляться страсти, заговорили на повышенных тонах, Сабин нарочно говорил громко, чтобы солдаты услышали, что план, обеспечивающий наибольшую безопасность, отвергнут. Уже за полночь Котта наконец уступил. Самое важное для сохранения морального духа — единство среди командиров. Легионеры поспешно готовятся к выступлению и на рассвете уходят из лагеря.

Думая, что Амбиориг говорил с ними как друг, римляне на марше двигались не в боевом порядке, а вытянутой колонной, обремененной огромным обозом.

Когда воины удалились на две мили от лагеря, дорога пошла через густой лес и начала спускаться в глубокую долину. Прежде чем передние ряды перебрались на другую сторону, тогда как основная часть колонны растянулась в самой низине, ловушка захлопнулась. Эбуроны появились с обеих сторон дороги и стали осыпать римлян стрелами. Завязалось сражение. Победа эбуронов была полной. К рассвету следующего дня лишь немногие из римлян, притворившиеся мертвыми в суматохе боя, остались в живых. Подавляющее большинство из 7 с половиной тысяч человек, которые построил и лагерь ровно неделю назад, погибло. Ужасный исход, поразительный по своей неожиданности. Судьба, которую трудно представить в отношении кого-либо из воинов армии Юлия Цезаря, известного своим хвастливым изречением — «Veni, vidi, vici» («Пришел, увидел, победил»).

Повнимательнее присмотримся к происшедшему. Хотя этот римский отряд подвергся разгрому, детали сражения ясно показывают поразительные боевые качества легионеров, на которых и держалась Римская империя. Сабин потерял голову, когда противник напал из засады, чего вполне можно ожидать от командира, который привел войско в смертельную ловушку. Котта показал себя лучше. Чувствуя предательство, он предпринял заранее все меры, какие только мог. Когда полетели стрелы, он и его старшие центурионы быстро собрали колонну в каре, оставив обоз. Теперь можно было отдавать приказы, и когорты маневрировали как единое целое, хотя оказались в крайне невыгодной позиции. Амбиориг имел то преимущество, что в его руках находились высоты, которые его люди могли использовать к своей выгоде. Эбуроны избегали рукопашного боя в течение нескольких часов, просто посылая с высоты метательные снаряды — копья, стрелы, камни из пращей. Потери римлян быстро росли; всякий раз, когда когорта, выполняя приказ, двигалась вправо или влево, пытаясь войти в соприкосновение с противником, она попадала под сильный обстрел с высот. Оказавшись в ловушке, слабеющие римляне продержались в отчаянном положении восемь часов. Тогда Сабин попытался вступить с Амбиоригом в переговоры, но Котта проворчал, что римляне не обсуждают условия с вооруженным врагом. И тут же снаряд из пращи поразил его прямо в лицо. Сабин был убит во время переговоров, и это послужило для эбуронов сигналом для атаки с холмов и уничтожения врагов. Многие легионеры сражались и погибли вместе с Коттой в низине, но некоторые, сохраняя боевой порядок, пробились в лагерь, который находился в двух милях. Там уцелевшие сдерживали натиск эбуронов до наступления ночи, а затем все до единого предпочли покончить с собой, но не попасть в руки неприятеля. Если охрана обоза сражалась весь день без надежды на успех и предпочла массовое самоубийство сдаче, то врагам Рима предстояло столкнуться с серьезными неприятностями (Caes. De bello Gallico. VI. 1).

Дополнительно

…один из знаменосцев Котты, Луций Петросидий, будучи смертельно раненным, швырнул своего орла через вал Тонгерена, лишь бы штандарт не достался врагу…

Политика Цезаря в Галлии могла быть и достаточно жестокой. Враждебные ему вожди, несшие ответственность за разжигание мятежей, забивались насмерть — такое наказание постигло в конце кампании 53 г. до н. э. Аккона, предводителя галльских племен сенонов и карнутов. Жителей общин, отказывавшихся сдаться при подходе легионов, в полном составе продавали в рабство или в некоторых случаях даже уничтожали. В 52 г. до н. э. Цезарь, задержанный на некоторое время сопротивлением находившегося на холме Аварика, учинил подобную акцию в наказание за убийство римских торговцев и их семей. Когда укрепления были прорваны, легионеры предались убийствам и грабежам: как сообщают, только 800 человек уцелели из всего населения численностью в 40 тысяч мужчин, женщин и детей. Трудно судить, насколько преувеличил Цезарь эти цифры, но в любом случае не приходится сомневаться в жестокости, с которой римляне карали непокорных.

Таким образом, они никогда ничего не забывали и не прощали. С такой же беспощадностью они стали мстить за гибель Котты и его людей. Позднее во время осадных операций римляне заметили вождя треверов Индутиомара и устроили против него кавалерийскую вылазку, во время которой убили его. Что же касается эбуронов, их вынудили рассеяться в условиях непрерывного натиска на их родные края во время следующей кампании. Не желая терять своих людей в лесных боях, Цезарь обратился ко всем соседним племенам с щедрым предложением принять участие в походе и грабеже. Все их селения были преданы огню, многие погибли в схватках. Вскоре царь эбуронов Катуволк решил, что с него достаточно. Как пишет Цезарь, он «не мог выносить тягот войны и бегства и, всячески проклиная Амбиорига как истинного виновника случившегося, отравился ягодами тиса» (Caes. De bello Gallico. VI. 31. 5. Пер. M. M. Покровского). Весьма вероятно, что если бы он не сделал это сам, то с ним это сделал бы кто-то другой. Что же касается Амбиорига, то он выжил, несколько лет провел в скитаниях, но о его судьбе в записках Цезаря о галльской войне более не сообщается. Последний раз о нем упоминается при описании событий 51 г., где речь идет о том, как римские войска грабили и жгли селения эбуронов с той целью, чтобы сделать его столь ненавистным, чтобы соотечественники не захотели иметь с ним дело.

из Питер Хизер “Падение Римской Империи”

Наверное может возникнуть вопрос: почему я обратил внимание на эту историю и зачем выложил её на сайт? Тому есть несколько причин.

Во первых, в дальнейшем я собираюсь на неё ссылать, когда буду писать о падении Римской Империи. Довольно интересно сравнивать “дипломатию легионов” периода расцвета и “дипломатию золота” эпохи падения.

А во вторых, в этом эпизоде вожди варваров прекрасно продемонстрировали тактическую уловку, которая много раз будет использована на протяжении всей военной истории человечества для уничтожения более сильного, более подготовленного и технически оснащённого противника, но находящегося на враждебной территории. Проанализируем её.

Итак предпосылки.

Римляне значительно превосходят варваров в военном отношении. В случае прямого столкновения они их просто растопчут. Партизанская война не имеет особого смысла, потому что неизбежно приведёт к репрессиям по отношению к мирному населению, разорению селений и, как следствие, к голоду. Римляне же смогут продержаться какое то время на собственных запасах или просто покинуть эту местность.

Что же предпринимают варвары?

1) Создаётся ложная угроза текущей диспозиции противника. Нападения на фуражиров, разведчиков. Можно сжечь парочку небольших фортов. Это несложно, учитывая что варвары полностью контролируют местность и население.

2) Варвары демонстрируют свою полную лояльность римлянам. Припасы поставляются в срок, проводники, вероятно даже военная помощь. А угрозы как бы исходят от других варваров, “от плохих”.

3) Угроза искусственно преувеличивается (слух о всеобщем восстании или о сосредоточении очень крупных сил противника). Нужно любой ценой заставить римлян покинуть укреплённый лагерь.

4) Дальше дело техники. На марша колонна римлян попадает в засаду и принимает бой в тактически невыгодной обстановке.

5) Римские легионы подвергаются тотальному истреблению. Это очень важный момент. Если дать противнику вырваться из ловушки и превратить избиение в сражение, то ситуация может измениться с точностью до наоборот.

Несмотря на кажущуюся простоту и очевидность уловки (и её просто таки хрестоматийность), она безотказно работала на протяжении сотен лет. И продолжает работать сейчас.

Кстати, вполне допускаю что в положении легионеров Котты рано или поздно вполне могут оказаться американские солдаты в Ираке или Афганистане. Начальные условия очень даже схожи.

3 комментария к “Гибель легионов Котты

  1. WhiteMan

    “Ничто не ново под Луной”… Более двух тысяч лет назад цивилизация сражалась с варварством, но до сих пор все осталось в том же состоянии, только нынешние варвары носят бурнусы, побивают камнями непосещающих мечети и наряжают женщин в уродливые хламиды. И самое плохое – смеют судить по своим законам НЕ своих! Воистину, если белая раса не одумается и не начнет свой “джихад”, то конец у нее будет печальный… Только мозги у людей либерастами загажены призывам к смирению и “мультикультурализму”, хотя какой там “культурализм”… Они признают только собственную культуру, если способ поведения первобытных кочевников можно назвать словом “культура”… Европу ждет возрождение фашизма, если белая раса хочет остаться хозяином на своей земле! Или сойти с лица Земли…

    1. gavrilaf Автор публикации

      А это разве плохо?
      Если “белая раса” (хотя более правильно говорить “европейская цивилизация”) просрала все полимеры и похоже утратила не только стремление к развитию, а и банальное чувство самосохранения, то может ей пора на свалку?
      Освободить место молодым и здоровым. А то что они в бурнусах и хламидах – не страшно. Германцы тоже не розами пахли, когда Рим рушили.

      1. WhiteMan

        Да как Вам сказать на тему “разве это плохо”… Спросим конкретнее – что они построят, если мир станет весь их? Они развивают науку и технологию? Насколько знаю – нет. Да и зачем, в Коране все уже написано, вся вселенская мудрость уже дана там, что еще нужно? :) И очень сомнительно, что пока эта модель цивилизации будет жива, что то в ней может измениться – закоснело за сотни лет. Что будет… Ну, торговать они умеют, базары будут :) Воевать тоже умеют, надо отдать должное. А когда “неверные” закончатся, в смысле, всем головы поотрезают, то дальше что? Рай земной воцарится? Дело в том. что мусульманином притвориться нельзя, вся система направлена на тотальнейший контроль личности, никакой свободы там и близко нет. Если называть вещи своими именами, то это опаснейшее явление для человеческой цивилизации в целом – тупик. Или назовите это возродившимся средневековьем… Где не законы природы действуют, которые изучать можно и нужно, чтобы использовать на благо человечества, а “воля Аллаха”. А гонения на всякие карикатуры в газетах? Вы считаете нормальным, когда за такое угрожают убийством автору, жгут посольства и толпы фанатиков бесятся на площадях, насилуя европейских журналисток, рискнувших сунуться в это прямо скажем кодло? ? Ничего, нормально, “германцы тоже не розами пахли”? Кстати, о них… Насколько знаю, собственно современная Европа началась с этого завоевания? Потому что варвары “нахватались” все же культуры от завоеванных, а не наоборот. Здесь же никакого движения в эту сторону не будет, уже совершенно очевидно, что пришельцы и не собираются интегрироваться в европейскую культурную среду, они лучше знают что хорошо, и что плохо. А “плохо” это реклама на улицах с “неприличными местами”, которые их “исламские патрули” в Лондоне зарисовывают, а учитывая что по канонам из женского тела только два испуганных глаза и должны взирать, то все остальное “неприличное”. И что останется из рекламы, черное пятно? :) А вы в курсе, что недавно случилась история – какой то там “Ахмед” обвинил “Макдональдс”, что ему продали “нехалальную” курятину (аналог кошерности-некошерности у евреев). И “Макдональдс” прогнулся! Вот что страшно… Америка прогнулась и выплатила семьсот тысяч долларов штрафа!!! А вопрос – как этот Ахмед определил “нарушение”, не иначе генетический анализ проводил, запихивая курятину себе в рот немытыми руками. В общем, зря вы так благодушно… Ничего хорошего нет в том. что европейская цивилизация уже потеряла чувство самосохранеия и спокойно взирает, как Европу заселяют чужаки. Ну и пусть получают то, на что нарываются… А все таки Брейвик это “первая ласточка”, будет продолжение… Причем, я не имею ничего против мусульман, если они живут у себя по своим законам, в своих странах, но не лезьте к нам! Так что, уважаемый gavrilaf, боюсь, что “новые германцы” принесут в Европу не цивилизацию, а таки мракобесие и средневековье в его худших традициях…

Добавить комментарий