УТОМЛЁННЫЕ БЕЗ КОСМОСА

Несколько дней назад один из читатей сайта прислал ссылку на замечательную статью Сергея Переслегина, которая вполне годится на роль своеобразного манифеста “”Общества фронтира”. Действительно, хорошо написано и удивительно созвучно моим собственным мыслям. Впрочем не только моим. Мысль “или мы будем летать или нас не будет вообще” звучит всё чаще и чаще. К сожалению, дальше слов дело не идёт. Но ничего, будем надеяться что всё изменится.

pigsЗа минувшее десятилетие ни Россия, ни США, ни другие космические державы не продемонстрировали сколько-нибудь качественного прорыва в освоении межпланетного пространства. Уверен, что это чревато деградацией человечества в целом. 

Для России в ближайшие десять лет застой в космической экспансии опасен вдвойне, поскольку других сфер технологической активности, где мы смогли бы стать лучшими, почти не осталось.

Выходить в “лучшие” нашей стране необходимо.

Меня часто спрашивают: а какой вообще прагматический смысл в освоении космоса? Позвольте спросить в свою очередь: а каков был смысл в создании Сикстинской капеллы? 

Если вы окунётесь в реалии XVI века, то обнаружите, что Папа Римский продолжал практику по продаже индульгенций, – причём понимая, что делать этого нельзя ни прагматически, ни догматически, – потому что ему нужны были огромные средства на Ватиканский дворец, который тогда строился, и на эту самую капеллу, на богословие, запечатлённое в камне. 

А ведь Ватиканский дворец в эту эпоху стоил дороже в сопоставимых ценах, чем лунная экспедиция в наши дни. 

Остановка космической экспансии может быть губительной для человечества в целом и для России в частности. Это не только моё мнение. В последние годы мне пришлось не раз беседовать с философами Украины, где осталось много ведущих предприятий космической отрасли, с политиками Казахстана, где находится Байконур, с российскими специалистами. Все они думают точно так же. 

Нам необходимо ответить на вызов со стороны космоса. Этот вызов стар, как мир, он ровесник нашей цивилизации. Ещё когда человек впервые поднял голову и увидел звёзды, он осознал, что время его жизни ограничено, а пространство, которое ему нужно освоить, бесконечно. Это противоречие между Пространством и Временем, собственно, и стало парадоксальным фактором развития, катализатором для цивилизации.

Современные космические исследования – очередной и исторически последний шаг в решении этой задачи. Последняя, может быть, возможность стимулировать развитие – научное, технологическое, социальное. У нас есть этот шанс. Мы можем его игнорировать, но в этом случае история нас не простит и осудит. А страны и нации, которые осудила история, второго шанса не получают. Остановка смертельна. Принцип здесь простой: либо вы развиваетесь, либо деградируете, либо стагнируете. 

В деградации мало хорошего, но стагнация даже хуже. В начале XXI века человечество замерло перед угрозой стагнации идей, экономики, культуры. Отвести такую угрозу можно, только выйдя за пределы тех смыслов, которые мы наработали, только расширив освоенное цивилизационное пространство. 

Такой выход может обеспечить только межпланетная экспансия. Нужен подвиг такого же масштаба, который был совершен в космонавтике советскими людьми и американцами в 60-е годы прошлого века. 

Тогда развитие космонавтики приостановилось, потому что мы не представляли себе, что в космосе может быть что-то ценное, мы не видели “приза”. Луна оказалась безжизненной и геологически мёртвой и призом явно не являлась. Скоро стало понятно, что и Марс – не приз. Высадка на Венеру до сих пор находится вне сферы возможного. 

Однако сегодня у нас появились цели в системе Сатурна. Благодаря американцам мы выяснили, что там происходит нечто непонятное и интересное: система Сатурна является достойным для исследования объектом. Очень может быть, что там, на спутниках Сатурна, есть жизнь, основанная на других, неземных биологических принципах. А этот факт, если он будет доказан, явится для землян важнейшим фактором для понимания того, что же такое жизнь вообще, и станет основой для фантастического дальнейшего развития – к примеру, биотехнологий. Мы сможем отойти от традиционной концепции: “жизнь – это способ существования белковых тел”. Получив базу для сравнения, мы решим массу ключевых вопросов научного знания. И не только в биологическом, но и в философском, и даже в теологическом смысле. 

Моя любимая тема – геотектоника плит. Само по себе обоснованное предположение, а тем более подтверждённый прямыми измерениями факт, что плиты двигаются не только на Земле, но и на каких-то других астрономических телах во Вселенной, есть важнейший результат для геологов. А если, напротив, мы выясним, что больше нигде нет структур разломов и что наша планета в этом отношении совершенно уникальна, это вообще станет переворотом в глобальных представлениях биологов, геологов и философов о природе. 
Очевидно, что для решения подобных масштабных задач космонавтике нужна новая техническая база, а не та, разработанная ещё в 1960-х годах, которой мы до сих пор пользуемся. Нужен космический корабль с ядерным приводом, проектирование которого в Советском Союзе началось в далёком 1959 году. Создание ядерного аппарата даст огромный толчок развитию самих ядерных технологий, а это – дорога к решению земных энергетических проблем. Лишний шанс для развития и процветания, который мы получим с помощью дальних космических исследований. 

Само собой, есть у космонавтики и явная политическая составляющая, однако уже не совсем такая, как в период её зарождения. Когда-то во времена холодной войны на вызов внешнего мира, космоса ответили две страны – СССР и США, стремившиеся показать, кто из них лучше, мощнее, перспективнее. Советский Союз в 1957-1961 годах использовал шанс стать сверхдержавой, отправив первым спутник и человека в космос. США сделали решающий шаг в 1969-м: высадив астронавтов на Луне, они создали современный униполярный мир. 
Когда сегодня мы задаёмся вопросом, в какие средства это обошлось, может быть, стоит подумать над другим: а какова вообще цена господства над умами, душами, цена того, что называется онтологическим превосходством, которое мы получили в начале 1960-х, а США – в конце того же десятилетия? 

С некоторых пор такое превосходство человечество стало измерять обыкновенными деньгами. Однако всегда существовало понятие “капитализации территорий”. 

Территория столицы сверхдержавы, скажем, стоит дороже, чем “всего лишь” территория столицы страны рангом пониже. И,подсчитывая со вздохами, сколько мы “ухнули” в космос, неплохо бы выяснить, сколько мы от него в смысле капитализации в своё время получили. 
СССР всегда был не очень развитой страной, но был в истории момент, когда наша страна стоила безумно дорого, потому что она умела то, чего не умели другие. А вот когда она перестала доказывать свои возможности, цена территории нашей страны сильно упала. И сегодня формула нашего возрождения проста: хотите иметь богатую и сильную Россию – пусть она поставит свой флаг там, где других флагов ещё не было. Это и есть вопрос конверсии космических исследований в политические преимущества. Сегодня мы пытаемся быть сильными, продавая нефть. Продавать нефть можно долго, но потом, как говорится, деньги кончатся, а позор останется. 

Продавая нефть, мы продаём прошлое, а вкладываясь в космос, покупаем будущее. 

Неотвратимо надвигается 12 апреля 2011 года, пятидесятилетие первого пилотируемого космического полёта. Поскольку это поистине историческое событие состоялось в СССР, то юридическим правопреемником той победы является Россия, а реальными правопреемниками ещё и Украина с Казахстаном. Три крупных осколка бывшей советской империи. Могут ли они объединиться, чтобы реализовать новый прорыв в космос, о котором я говорю? 

Россия владеет корпорацией “Роскосмос”, которая довольно успешно развивается в последние годы, в том числе на фоне регулярных неудач США в запусках челноков. Корпорация начала разработку нового космического корабля, я видел проект и могу сказать, что этот аппарат лучше своей репутации. На вид инноваций не так много, как хотелось бы. Но, заглянув внутрь, выясняешь, что это совершенно новая разработка, аппарат другого класса, нежели традиционный “Союз”. Если предположить, что его действительно удастся довести “до металла” – это будет отличный шаг в освоении космоса. 

Далее – у Казахстана есть Байконур, очень важный элемент бывшей космической программы. Чтобы превратить наш космодром Восточный в нечто аналогичное Байконуру, нужны не только большие деньги, которые можно найти, но и время, которое взять неоткуда. И совершенно понятно, что интеграция “Роскосмоса” и Байконура станет разумным и единственно возможным шагом для нового космического рывка. Есть, наконец, Украина с её “живыми” КБ и производственными мощностями – это третий большой элемент бывшего советского космического комплекса. Способны ли мы три эти элемента интегрировать, как это было сделано когда-то? Если да, то может возникнуть уникальная структура. 

Правда, предвижу опасения. Меня могут спросить: а наше нынешнее общество способно вообще на подобный рывок? Его моральное состояние, уровень его идеологии позволяют совершить прорыв? Нашим людям есть с чем идти в космос? 
Если с человеком обращаться так, будто он имеет право на принятие решений, он через некоторое время начнёт осознавать, что такое право у него действительно есть. Никогда не бывает объективной оценка общества и его возможностей. Если мы решим одну великую задачу – прорыв в космос, к новым знаниям и технологиям, то, уверяю вас, неожиданно выяснится, что у нас откудато вдруг появились другое общество, другая власть, другой народ. Если человек нашёл в себе силы на подвиг, к нему все начинают относиться по-другому. 
Ещё живы поколения тех, кто помнит СССР. Их много, таких людей, и это не только моё поколение, но и те, кто постарше. Они прекрасно понимают, зачем работали и зачем сегодня работают. Есть те, кто начал формироваться в “нулевые” годы и через тяжёлые девяностые не прошёл, – у них тоже сильная позиция. Они прекрасно осознают, что смогут найти себе достойное “место под солнцем”, только если в мире появятся новые зоны деятельности. Потому что все прежние ниши заняты моим поколением. Молодёжь ищет свободные пространства, перспективные масштабные проекты, новые возможности проявить себя. 

Играть на цивилизационном поле можно почти всегда. Пока есть воля к борьбе, надо бороться. Иначе мы попадаем в очень тяжёлую геополитическую позицию. 

Если упустим “космический” шанс для подъёма страны, открываются два варианта. Хороший – если мы находим другую сферу, где можем стать лучшими. Плохой – не находим ничего и плывём, как нынче, по течению. В этом случае мы можем какое-то время продолжать играть в очень тяжёлой позиции, может быть, не опустим руки и сумеем в этой позиции совершить парутройку спасающих ходов. Но это будут единственные ходы в сложнейшей позиции. Нет гарантии, что нам удастся их сделать. 

Спасибо нашим отцам и дедам, создавшим космический плацдарм в 1961 году, благодаря чему у нас есть шанс организовать атаку, а не пытаться найти комбинационную ничью.

Сергей Переслегин Писатель, футуролог

Источник: Эхо планеты.

1 комментарий к “УТОМЛЁННЫЕ БЕЗ КОСМОСА

  1. Виктор

    До тех пор, пока набирая в Яндексе поисковый запрос “термоядерный…”, тебе в числе прочего предлагается и “термоядерный реактивный двигатель”, а значит люди интересуются – не все еще потеряно…

Добавить комментарий